Какой была политика фашистского геноцида на оккупированной территории Беларуси в годы Великой Отечественной войны

Помните, люди!

Политика фашистского геноцида на оккупированной территории Беларуси в годы Великой Отечественной войны — это карательные операции и тысячи сожженных деревень, лагеря смерти, гетто и другие места принудительного содержания, показательные казни и устрашающие виселицы в городах. 

Все это пришло в Беларусь 22 июня 1941 года…

Хатынь. Иди и смотри!

22 марта 1943 г.
Трагедия произошла утром 22 марта 1943-го. Накануне в перестрелке с партизанами убит немецкий шеф-командир роты Ганс Вельке. Случай из ряда вон для нацистов. Вельке известен в Германии: спортсмен, олимпийский чемпион 1936 г. Фашисты пришли в ярость. Для подкрепления были вызваны полицейские из Плещениц, а также эсэсовцы особого батальона Дирлевангера. В ходе карательной операции вышли к Хатыни — небольшой деревне из 26 хат. 
Всех, кто там был, согнали в сарай. И подожгли… Жуткие рыдания, крики поднялись над округой. Кто-то вырывается из огня, но падает, скошенный пулей… Дети, старики, женщины, целые семьи. 75 детей до 16 лет, 74 взрослых. Все имена установлены.

Шесть человек стали свидетелями хатынской трагедии: единственный взрослый свидетель (Иосиф Каминский) и пятеро детей.

Иосиф Каминский, чья скульптурная фигура с погибшим сыном на руках встречает всех, кто посещает мемориальный комплекс «Хатынь», вспоминал, как поднял обгоревшего сына, а у того свисали кишки…

Сегодня ни на одной карте не найти белорусскую деревню Хатынь Логойского района. На ее месте в 1969 году был открыт мемориальный комплекс «Хатынь», ставший символом всех сожженных деревень Беларуси.

Ола — это 12 Хатыней 

14 января 1944 г.

Почти 80 лет в некогда уютной полесской деревне Ола никто не живет. Фашисты сожгли ее вместе с жителями и теми, кто искал здесь спасения, уйдя из соседних деревень — Здудичей, Чирковичей, Рудни, Искры, Коротковичей, Мормаля… Окруженная со всех сторон лесами и болотами, она казалась надежным укрытием. До освобождения оставалось менее шести месяцев. 
Каратели окружили деревеньку на рассвете. Будто для регистрации стали сгонять жителей в колхозный сарай. Того, кто пытался убежать, настигали пули. Из сарая выводили группами, обещая отвезти в тыл, а вели в другой конец деревни, заталкивали в дома, облив горючим, поджигали. Люди умирали от огня и взрывов гранат, летящих в окна и двери. Стариков и детей живыми бросали в огонь, а выбежавших из пламени — убивали.

Почти две тысячи человек сожжены, погибли здесь под пулями карателей. В небо взмыли 950 детских душ…

Перед тем как уйти из уничтоженной деревни, захватчики глумились над убитыми. Бросали трупы в колодец, в ямы, обливали бензином, жгли. Кое-где прикрывали все снегом. Мемориал на месте деревни Ола жертвам сожженных деревень открыли в год 75-летия Великой Победы.

Красный Берег. Как нацисты забирали кровь у советских детей.

Среди ужасных преступлений гитлеровской Германии в годы Второй мировой войны особое место занимает создание концентрационных лагерей. В оккупированных странах (Польше, а затем и западных республиках Советского Союза) гитлеровцы создавали концлагеря для военнопленных и представителей «низших» рас. Узниками концлагерей становились бойцы и командиры Красной Армии, коммунисты, евреи, цыгане. Были среди заключенных мужчины и женщины, старики и подростки и даже маленькие дети.

О зверствах гитлеровцев в Освенциме и Маутхаузене, Бухенвальде и Дахау известно многое. Куда менее изучена история детских концентрационных лагерей. Сложно представить себе, до какой степени потери человеческих качеств дошли руководители Третьего рейха, отдававшие распоряжения не просто о создании детских концлагерей, а о проведении в них медицинских опытов над детьми.

Агрогородок Красный Берег, что в Жлобинском районе Гомельской области Белоруссии, в начале 1940-х годов был довольно большой деревней, в которой действовало несколько предприятий, была своя школа. 5 июля 1941 года Красный Берег заняли наступавшие части вермахта. В одной из старинных помещичьих усадеб гитлеровцы оборудовали военный госпиталь. Кроме того, в деревне был создан один из крупнейших пересыльных пунктов на территории оккупированной Белоруссии.

Первые полтора года войны Красный Берег принимал раненых немецких солдат и офицеров. Однако когда в 1943 году вермахт стал терпеть поражение за поражением, у руководства Третьего рейха созрел чудовищный план. Раненые немецкие военнослужащие нуждались в огромном количестве донорской крови. Брать ее было негде. И гитлеровцы вспомнили о … детях. В хозяйственных постройках на территории военного госпиталя появился детский концентрационный лагерь.

В отличие от большинства других концентрационных лагерей, маленькие узники Красного Берега в подавляющем большинстве были славянскими детишками. Это были ребята как из самой деревни Красный Берег, так и из окрестных населенных пунктов – дети из обычных крестьянских семей, которые до их похищения гитлеровцами и предположить не могли, какая страшная участь ожидает их в самое ближайшее время. Их судьбе не позавидовали бы даже жертвы самых ужасных нацистских концлагерей вроде Освенцима.

Действовали нацисты всегда проверенным способом – ранним утром подразделение эсэсовцев окружало деревню. Затем гитлеровцы выгоняли людей из домов и отбирали среди них детей и подростков.

Всех повезли в Красный Берег. Привезли, высадили и повели к речке Добосна. Там стояли палатки. Нас раздели и заставили мыться холодной водой из речки. Затем под конвоем повели на осмотр. В одной из комнат стояли тазы с внутренними человеческими органами. Это привело нас в ужас, мы дрожали,

— вспоминал один из чудом выживших в Красном Берегу подростков.
Больше всего гитлеровцев интересовали ребята в возрасте 8-14 лет. Казалось бы, дети такого возраста еще не могут полноценно работать, но ведь и нацистам они были нужны не для труда на шахтах или заводах.

Гитлеровские врачи-убийцы прекрасно знали, что именно в таком возрасте организм человека развивается наиболее стремительными темпами. У маленького человека происходит гормональная перестройка, поэтому кровь обладает наиболее сильными свойствами. Гитлеровское руководство решило в массовом порядке превращать детей в доноров. Особое внимание уделялось девочкам, поскольку они чаще всего обладали первой группой с положительным резус-фактором, которая является универсальной.

Именно с целью организации регулярного забора донорской крови и был организован детский концентрационный лагерь в Красном Берегу. Все дети перед поступлением в лагерь проходили медицинский осмотр, по итогам которого им выдавалась бирка с указанием личных данных и группы крови. Последний пункт имел особое значение, поскольку именно кровь детей представляла для нацистов ключевой интерес.

Медицинский осмотр проводился с целью выявления у детей каких-либо заболеваний, которые могли препятствовать их использованию в качестве доноров. Если заболеваний немецкие медики не обнаруживали, то детей готовили к отправке в Германию – в госпитали, где уже и предстояло использовать их в качестве доноров. Кровь забирали у детей либо полностью, умерщвляя несчастных узников, либо конкретный объем, необходимый на данный момент.

Некоторые находчивые дети имитировали болезни и, тем самым, спасались от страшной участи. Например, две девочки натерли руки крапивой и имитировали чесотку, благодаря чему немецкий врач на медицинском осмотре их «забраковал» и они не попали в эшелон, отправлявшийся в немецкие госпитали.

Детей разделяли на две группы. Первая группа подлежала направлению в накопитель для детей с первой группой крови. У этих детей забирали всю кровь. Вторая группа направлялась для многократного забора крови — в среднем от 8 до 16 раз у каждого ребенка. Лишь дети, попадавшие во второй накопитель, имели какие-то шансы выжить.

Потребность гитлеровской армии, терявшей сотни тысяч солдат и офицеров ранеными, в свежей крови росла. И росло количество преступлений, совершаемых гитлеровскими медиками в детском концентрационном лагере в Красном Берегу и в многочисленных военных госпиталях вермахта. Зверства, которые творились по отношению к детям, сложно себе представить. Даже знаменитый гитлеровский садист доктор Йозеф Менгеле казался порой невинным первоклашкой по сравнению с палачами, работавшими в концентрационном лагере в Красном Берегу.